Фамилия Говнянкин — одна из тех, что заставляют носителя кривиться, хотя с точки зрения исторической ономастики в ней нет ничего оскорбительного. Она образована по типичной русской модели: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?»), а основа — прозвище Говнянка. Второй суффикс -янк- в этой основе характерен для южнорусских и украинских говоров, где он часто придаёт слову уничижительный или уменьшительный оттенок (сравните: «дiвка» — «дiвчанка»). То есть Говнянка — это не просто «тот, кто связан с нечистотами», а скорее «маленький говнарь» или «парнишка, который возится в грязи».

Прозвище Говнянка в старину не обязательно было ругательством. В крестьянской среде, где навоз был основным удобрением, а чистка выгребных ям — будничной работой, слова с корнем «говн-» могли быть профессиональными. Говнянкой могли назвать мальчика, который помогал при уборке конюшен, или человека, который торговал навозом как топливом (в безлесных южных регионах кизяк ценился). Не исключён и бытовой вариант: так за глаза называли неряшливого соседа или ребёнка, который вечно пачкался.

Редкость фамилии объясняется тем, что в XVIII–XIX веках, когда закреплялись фамилии, носители такого прозвища стремились изменить его на более благозвучное — Говоров, Говорков, Говенков. Те, кто остался Говнянкиным, вероятно, жили в глухих деревнях, где на «неудобную» фамилию обращали меньше внимания, или же принадлежали к однодворцам — особой категории южнорусских крестьян, которые часто сохраняли архаичные и грубые прозвища.

В современном русском языке фамилия выглядит вызывающе, но её корни — в суровой крестьянской реальности, где слово «говно» было не матом, а бытовым термином. Если носитель хочет докопаться до точной географии, стоит искать предков в Курской, Воронежской или Ростовской губерниях — именно там суффикс -янк- в прозвищах встречался чаще всего.