Фамилия Граматин — редкий случай, когда в основе лежит не имя и не ремесло, а грамотность, причём в самом буквальном смысле. Корень здесь — «грамат(а)», то есть умение читать и писать, знание книжной премудрости. В древнерусском языке слово «грамота» имело более широкий спектр: от письменного документа до учёности вообще. Соответственно, прозвище Грамота или Граматин мог получить человек грамотный — писарь, дьяк, учитель, либо тот, кто часто имел дело с бумагами. В эпоху, когда грамотность была уделом немногих, такое прозвище выделяло человека и могло стать наследственным.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ин указывает на принадлежность. Граматин — «сын Грамоты» или «из семьи Грамоты». Это типичная патронимическая (по прозвищу отца) фамилия, характерная для северных и центральных областей России, где суффикс -ин был особенно распространён. Интересно, что фамилия могла возникнуть и как семинарская — искусственная, данная в духовных училищах детям, проявившим способности к учению. В среде духовенства такие «говорящие» фамилии (Богословский, Успенский, Троицкий, Граматин) не редкость, хотя для Граматина это менее типично, чем для образований с суффиксом -ский.

Спорных версий немного. Иногда пытаются связать фамилию с греческим «gramma» (буква) напрямую, но это излишне: слово «грамота» уже было в русском языке, и прозвище от него — самый прямой путь. Альтернатива — происхождение от устаревшего «граматник» (сборник грамот, законов), но тогда фамилия звучала бы как Граматников. Версия с греческим заимствованием правдоподобна только для семинарской среды, где любили латинизированные и грецизированные формы.

Географически фамилия Граматин встречается спорадически, без ярко выраженного гнезда. Чаще — в записях XVII–XVIII веков, когда грамотность была редкостью, и прозвище имело реальную ценность. Позже, с распространением образования, фамилия потеряла свою «профессиональную» окраску, но сохранила память о предке, который умел читать и писать, что для своего времени было достижением. В XIX веке носители фамилии встречаются среди мещан и купечества, реже — среди крестьян, что косвенно подтверждает связь с грамотностью как социальным лифтом.