Фамилия Грошонков — редкий случай, когда прозвищное имя, лёгшее в основу, не угадывается с ходу, хотя слово «грош» знакомо каждому. Разберём её по косточкам.

Основа фамилии — «Грошонок». Это уменьшительная форма от слова «грош» (мелкая монета) или от прозвища Грош. Суффикс -онок в русских фамилиях встречается нечасто. В белорусском и украинском языках он типичен для обозначения детёнышей животных или молодых людей (ср. «волчонок», «парубок» — парень). В русской ономастике фамилии на -онков (Грошонков, Козлёнков, Волчонков) обычно указывают на выходца из западнорусских земель — Смоленщины, Брянщины, чернозёмных областей, где ощущалось сильное влияние белорусской или украинской словообразовательной модели. Таким образом, Грошонков — это «сын Грошонка», то есть потомок человека, которого в молодости или за малый рост, или по другой причине называли Грошонком.

Прозвище Грош могло возникнуть не только из-за денег. В старину «грошом» нередко дразнили скупого, мелочного человека, того, кто считает каждую копейку. Но есть и другая, более живая версия: Грошом могли прозвать человека маленького роста или ребёнка — по аналогии с мелкой монетой. В говорах встречалось ироничное «грош» в значении «нечто ничтожное, малоценное». Какая из версий верна для конкретного предка — сказать трудно, но прозвищный, а не «монетный» характер происхождения здесь почти очевиден.

Фамилия очень редкая. В дореволюционных списках и современных телефонных справочниках она встречается точечно, преимущественно в центральных и южных областях России, а также на Украине. Это подтверждает версию о западнорусском или малороссийском корне. В дворянские родословные книги Грошонковы не попали — фамилия явно крестьянская или мещанская, образованная от уличного прозвища, а не от имени родоначальника.

Любопытно, что однокоренных фамилий (Грошев, Грошов, Грошиков) намного больше, и все они произошли напрямую от «грош». А вот Грошонков — с уменьшительным суффиксом — стоит особняком, как напоминание о том, что в основе фамилии могло лежать не просто прозвище взрослого человека, а его «детское» или уничижительное именование, которое со временем закрепилось за родом.