Фамилия Гросов — одна из тех, где внешне очевидная основа скрывает несколько разных путей возникновения. Разбирать её стоит не с корня, а с географии и социальной среды.

Самое прямое объяснение — от немецкого прилагательного groß (большой, великий, старший). В России XVIII–XIX веков, особенно в Поволжье, Новороссии и Петербурге, было много выходцев из немецких земель. Прозвище Грос (Gross) давали либо крупному человеку, либо старшему в семье, либо, реже, — как ироничное прозвище «великого» человека. Когда немецкое прозвище русифицировали, к основе Грос добавили типичный русский суффикс принадлежности -ов. Так появился Гросов — буквально «сын (или потомок) Гроса». Эта версия особенно правдоподобна для регионов с компактным проживанием немецких колонистов.

Однако возможен и чисто русский путь. В южных и западных говорах, а также в старом новгородском диалекте, слово «грос» могло означать «грош», мелкую монету. Тогда прозвище Грос давали человеку прижимистому, бедному или, напротив, меняле. В этом случае фамилия Гросов — типичная «денежная» фамилия, как Денежкин, Алтынов, Полушкин. Эта версия слабее: слово «грос» в значении монеты в русском языке было редким, чаще использовали «грош». Поэтому немецкое происхождение стоит считать основным.

Обратите внимание на суффикс. Модель «иноязычная основа + -ов» характерна для фамилий, которые возникли в среде, где иностранцам давали русский патроним. Если бы фамилия была чисто немецкой, она осталась бы просто Гросс (как, например, у композитора Гросса). Именно суффикс -ов выдает момент перехода: предок носителя фамилии был, скорее всего, крещёным немцем или обрусевшим колонистом, которого в документах записали по-русски — Гросов.

Встречается фамилия и в форме Гроссов — с двойной «с» на стыке корня и суффикса. Это более поздний вариант, возникший под влиянием письменной фиксации немецкой фамилии Gross. Гросов же — более ранняя, «народная» русификация, где усекли вторую «с». Обе формы законны, но Гросов встречается реже, что делает её более локальной и, возможно, связанной с конкретной семьёй.

Среди носителей фамилии нет широко известных исторических фигур, что типично для фамилий, возникших в среде ремесленников и крестьян-колонистов. Это не дворянский род, а фамилия человека, чей предок выделялся ростом или просто носил ходовое немецкое прозвище, которое прижилось на русской почве.