Фамилия Гулященко — яркий пример того, как украинская словообразовательная модель «переплавила» русское или диалектное прозвище. Суффикс -енко (характерный для восточной и центральной Украины) указывает на происхождение от отца: в XVII–XIX веках так называли сына или младшего родственника человека по прозвищу Гуляка, Гуляш или Гулящий. Буквально: «чей? — Гулященко», то есть «потомок Гулящего».

Основа «Гулящ-» восходит к древнерусскому глаголу гулять, который в старину имел не столько современное «прогулочное» значение, сколько означал «бездельничать, вести праздный образ жизни, уклоняться от работы». В северных и центральных говорах слово «гулящий» закрепилось за человеком, который не имеет постоянного хозяйства, бродяжничает или просто любит проводить время в праздности. Однако в украинском контексте у прозвища мог быть и другой оттенок: «гулящий парубок» — свободный, неженатый, независимый. То есть фамилия могла нести не столько осуждение, сколько характеристику образа жизни.

С точки зрения географии, фамилия Гулященко — почти стопроцентный маркер левобережной Украины: Полтавщина, Черниговщина, Сумщина. Встречается она и в южных областях России, куда переселялись украинские крестьяне в XVIII–XIX веках (Кубань, Воронежская губерния). Суффикс -енко здесь не просто грамматическая деталь, а социальный сигнал: в отличие от великорусских фамилий на -ов/-ев, украинские фамилии на -енко долгое время оставались беспоместными, то есть принадлежали казакам, мещанам и крестьянам, а не дворянству.

Интересная деталь: у фамилии есть «двойник» — Гулященков. Это её обрусевшая форма, которая возникла, когда носителей фамилии переписывали в российских губерниях: к украинской основе добавляли русский суффикс -ов, делая фамилию «понятнее» для местной бюрократии. Сама же фамилия Гулященко в чистом виде сохранила свою украинскую природу и сегодня остаётся довольно редкой — точной статистики по ней нет, но в базах данных она встречается в десятки раз реже, чем, скажем, Гуляев.

Так что если ваша фамилия Гулященко, ваш предок, скорее всего, был запорожским или слобожанским казаком, либо крестьянином, которому дали прозвище за свободный нрав или нежелание сидеть на месте. Никакой трагедии в этом нет: в украинской традиции такие прозвища часто давали с добродушной усмешкой.