Фамилия Гундилов — один из примеров, где прозвище с яркой, почти звукоподражательной основой закрепилось в официальном родовом имени. Её ядро — древнерусское слово «гунд», «гундый», то есть гнусавый, говорящий в нос. В говорах «гундеть» означало не только невнятно говорить, но и ныть, надоедать жалобами. Человек с таким прозвищем, скорее всего, выделялся особенностью речи — картавостью или гнусавостью, либо характером, склонным к ворчливости.

Модель образования типична для центральной России: к основе «Гундил-» (с экспрессивным суффиксам -ил-, который часто встречается в прозвищах, ср. Губил, Косил) добавили суффикс принадлежности -ов. Таким образом, Гундилов — буквально «сын Гундила». Фамилия стоит в ряду однокоренных: Гундоров, Гундарев, Гундобин. Но именно форма с -ил- встречается реже, что делает её более локальной.

С географической точки зрения фамилия тяготеет к южнорусским и поволжским областям. Наибольшая плотность носителей исторически фиксируется в бывшей Рязанской губернии и на территории современной Мордовии. Это не случайно: в рязанских говорах слово «гундосить» было особенно употребительно, а прозвища по физическим особенностям — одни из самых древних и устойчивых.

В социальном плане Гундиловы — почти наверняка потомки крестьян или однодворцев. Фамилия не встречается в боярских списках, не имеет дворянских ветвей в гербовниках. Это чисто бытовое, «уличное» прозвище, которое перешло в официальный документ при переписях XVII–XVIII веков. Никакой экзотической версии о тюркском или финно-угорском происхождении здесь нет: основа прозрачна и лежит в живом русском языке.