Фамилия Гуртовой прямо указывает на занятие предка: гуртовым в старину называли погонщика гурта, то есть скота, перегоняемого на продажу. Это прозвище, а затем и фамилия, закрепилось за человеком, чья работа была связана с перегоном и торговлей скотом — делом хлопотным, требовавшим выносливости и знания скота. Само слово «гурт» тюркского происхождения (сравните с турецким kürt — «стадо»), и в русском языке оно прижилось именно в значении «стадо крупного рогатого скота», чаще всего — товарного, идущего на убой или продажу.

Модель образования фамилии — типичная для русских фамилий, произошедших от названия профессии: основа «гурт» плюс суффикс -ов- и окончание -ой. Суффикс -ов- здесь указывает на принадлежность («сын гуртового»), хотя со временем смысл родства стерся, и фамилия стала восприниматься как прямая характеристика. По той же модели образованы, например, Дьяковой, Стрельцовой, Пушкарёвой. Важно не путать: в фамилии Гуртовой ударение падает на последний слог, в отличие от прилагательного «гуртовой» (например, «гуртовой скот»), где ударение может смещаться.

В сословном отношении носители фамилии Гуртовой в большинстве своем относились к крестьянам или мещанам — людям, чья жизнь была тесно связана с сельским хозяйством и торговлей. Встречается фамилия преимущественно в южных и центральных губерниях России, где скотоводство было развито: в Воронежской, Курской, Тамбовской, а также на Кубани и Дону. География бытования подтверждает ремесленный, а не случайный характер прозвища.

Есть и более редкая версия, связывающая фамилию с диалектным словом «гурт» в значении «куча, толпа» (например, «гуртом» — сообща). В этом случае прозвище могло закрепиться за общительным или шумным человеком, но эта гипотеза уступает основной по убедительности: профессия погонщика скота была конкретной и широко распространенной, тогда как прозвища по характеру реже становились фамилиями без дополнительных суффиксов.