Фамилия Гуряков — типичный пример русской фамилии на -ов, образованной от прозвища Гуряк. Само прозвище неоднозначно, и у него есть как минимум три объяснения, каждое из которых по-своему логично.

Самая конкретная версия связывает прозвище с диалектным словом «гурок» — так в курских и смоленских говорах называли обычный огурец. В этом случае Гуряком могли прозвать огородника или торговца овощами. Версия правдоподобна, потому что опирается на живую лексику — подобные прозвища по роду занятий давали часто, а суффикс -як как раз характерен для таких образований (сравните: Гуряк от гурок, как Рыбак от рыба).

Вторая версия — от глагола «гуркать», то есть «говорить» или «ворковать». В некоторых говорах слово означало «издавать глухой звук», но чаще — именно «разговаривать». Тогда Гуряк — прозвище говорливого человека. Эта гипотеза слабее: глагол «гуркать» в значении «говорить» встречается редко и локально, а связка «гуркать — Гуряк» не так прозрачна фонетически, как «гурок — Гуряк».

Третья версия выводит прозвище из старолитовского guras — «бугор, холм». Если предки жили на границе с балтийскими землями, такое прозвище могло указывать на место жительства — на холме или у холма. Однако это лишь предположение: в русских говорах слово «гура» не фиксируется, и фамилия Гуряков не столь распространена в регионах с балтийским субстратом, чтобы считать эту версию основной.

Словообразовательная модель проста: прозвище Гуряк + патронимический суффикс -ов, который буквально означает «чей?» — то есть «сын Гуряка». Фамилия недворянская, скорее всего, крестьянская или мещанская, что типично для фамилий, образованных от прозвищ по занятию или внешности.

Стоит обратить внимание на географию: фамилия Гуряков встречается в основном в центральных и южных областях России, что косвенно подтверждает «огуречную» версию — курские и смоленские говоры как раз относятся к южнорусскому наречию.