Фамилия Гусарин — один из тех случаев, когда внешняя схожесть со словом «гусар» обманчива. Вопреки интуиции, прямой связи с военным сословием здесь, скорее всего, нет. Корень здесь другой, и чтобы это увидеть, достаточно посмотреть на суффиксы.

Модель образования фамилии — суффикс -ин. В русской ономастике он указывает на принадлежность: «чей сын?» или «чей работник?». Основа «Гусар» в таком случае — это не название рода войск, а прозвище или мирское имя человека. В старину «гусарем» или «гусаром» могли называть не воина, а того, кто пас гусей. Слово «гусь» в диалектах давало производные вроде «гусарь» (гусятник, пастух гусей) или «гусак». Фамилии типа Гусаров, Гусев, Гусятников — из того же гнезда, и Гусарин стоит в этом ряду, просто с другим патронимическим суффиксом.

Вторая версия, менее вероятная, но не исключённая: прозвище «Гусар» могли дать задиристому, хвастливому или щеголеватому человеку в подражание образу военного гусара. В народе такие прозвища давали иронично, «наоборот». Но в этом случае фамилия должна была бы писаться через «о» — Гусаров, а форма на -ин с корнем «гусар» встречается реже и тяготеет именно к «гусиному» значению.

Географически фамилия Гусарин не привязана к какой-то одной губернии, но чаще встречается в южнорусских и центральных областях, где было развито птицеводство. В украинских говорах «гусар» также означало пастуха гусей, что подтверждает связь с крестьянским бытом, а не с дворянской кавалерией.

Таким образом, предок носителя фамилии Гусарин — не лихой рубака на коне, а человек, чьим занятием были гуси: пастух, торговец или просто хозяин, державший большой птичий двор. Фамилия — ровесница многих других «птичьих» прозвищ, которые давали по самому заметному занятию в деревне.