Фамилия Исенина — женская форма, но разговор о ней невозможен без мужского варианта Исенин. Он встречается крайне редко, и его происхождение неочевидно. Самая вероятная версия отсылает к церковному имени Исайя (в бытовом произношении часто звучало как Исай, Исая). Фамилии, образованные от производных форм Исай — Исеня, Исенка — по модели «чей?» давали Исенин. То есть предок носителя фамилии мог быть Исеней — уменьшительным от Исайи. Суффикс -ин здесь стандартный указатель принадлежности, как в фамилиях Петин, Васин.

Менее убедительная гипотеза связывает основу с диалектным глаголом «исенить» — в некоторых говорах так говорили про холодный ветер или пронизывающую сырость. Но эта версия шаткая: глагол редкий, а фамилии от глагольных основ с таким суффиксом почти не образуются. Скорее всего, перед нами просто случайное созвучие.

С точки зрения географии, Исенины не образуют плотного гнезда. В дореволюционных метрических книгах фамилия изредка встречается в центральных губерниях — в Рязанской, Тамбовской, изредка в Ярославской. Это говорит о том, что носители не были массовым крестьянским родом, а скорее принадлежали к мелкому духовенству или мещанству, где фамилии часто давали по имени отца — без привязки к ремеслу или месту.

Любопытная деталь: в некоторых переписях XIX века фигурирует написание «Исенина» с двойным «н» — Исеннина. Это могла быть описка писаря, но не исключено, что в отдельных семьях фамилию осмысляли как производную от «исенный» (относящийся к Исене), усиливая суффикс. Такие колебания в написании — дополнительный аргумент в пользу того, что основа имени, а не нарицательное слово.

Итог: носитель фамилии Исенин — потомок человека, которого в быту звали Исеней, то есть Исайей. Фамилия не дворянская, не купеческая, а рядовая — из числа тех, что возникали в среде сельских священников и горожан в XVII–XVIII веках.