Фамилия Карпушко — яркий пример того, как украинская и белорусская традиция словообразования «сжимала» полное имя в ласковую, а затем и фамильную форму. В основе лежит крестильное имя Карп, которое пришло в русский язык из греческого (karpós — «плод»). В православных святцах это имя носил святой Карп, апостол от семидесяти.

Ключевая деталь — суффикс -ушко. Это характерный уменьшительно-ласкательный суффикс для западнорусских, украинских и белорусских говоров (сравните: Иванушко, Петрушко, Гришко). Он не просто указывает на «сына Карпа», а передаёт отношение: «маленький Карп», «Карпушка», «сынок Карпа». Со временем прозвище Карпушко закрепилось как фамилия без дальнейших изменений — то есть это так называемая «патронимическая фамилия в чистом виде», без добавления -ов или -ин.

Если копнуть глубже, фамилия могла возникнуть не только от имени. В южнорусских и украинских говорах «карпуша» — это простонародное название рыбы карп, а «карпушко» — её уменьшительная форма. Такое прозвище мог получить рыбак, торговец рыбой или просто человек с крупными, выпуклыми глазами (по ассоциации с рыбой). В пользу этой версии говорит то, что в старых писцовых книгах встречаются прозвища вроде «Карпушка» без связи с именем — например, как обозначение конкретного человека по внешности или занятию.

Географически фамилия Карпушко плотно привязана к западу: она распространена в основном на Украине (особенно в западных областях), в Беларуси и в приграничных регионах России (Брянская, Смоленская области). Встречается и в Польше, но там чаще в форме Karpuszko. Интересно, что фамилия не получила широкого распространения в центральной России, где аналогичную роль сыграла бы форма Карпов или Карпушин.

С точки зрения социального контекста, носители фамилии в XIX веке чаще всего были крестьянами или мещанами. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано — суффикс -ушко слишком «простонародный» для родовитых фамилий, которые обычно оканчивались на -ский или -ов. Это не делает фамилию «проще», а наоборот, сохраняет в ней живую разговорную речь, где человека называли не по отцу («Карпов сын»), а по-домашнему, ласково — Карпушко.