Фамилия Кастрамин — редкая и неочевидная с точки зрения происхождения. В ней нет привычного указания на профессию (Кузнецов, Плотников) или внешность (Беляков, Громов). Чтобы понять её корни, нужно разобрать словообразовательную модель.

Суффикс -ин однозначно указывает на принадлежность: «чей?» — Кастрамин, то есть сын или потомок человека по имени или прозвищу Кастрама. Сама основа «Кастрам-» — самое интересное. Самая вероятная версия: она восходит к диалектному слову «кастрама» или «кострама». В говорах русского Севера (особенно в костромских и вологодских) так называли солому, мякину, жёсткую кору, а также нечто шершавое, ломкое. Прозвище Кастрама могли дать либо человеку с жёсткими, торчащими волосами, либо тому, кто работал с соломой и мякиной — крестьянину, молотильщику.

Вторая версия, менее распространённая, связывает фамилию с тюркским словом «кастрам» — в некоторых диалектах так обозначали сбитого с толку человека или упрямца. Однако для русской ономастики это редкий след, и географически фамилия Кастрамин чаще встречается именно в центральных и северных областях России, а не в регионах активного тюркского влияния.

Фамилия могла возникнуть и от имени-оберега. В древнерусской традиции родители давали ребёнку «плохое» прозвище (Кастрама — нечто грубое, некрасивое), чтобы уберечь от сглаза и злых сил. Считалось, что зло пройдёт мимо того, кто уже назван «никчёмным».

Стоит обратить внимание на ударение. В большинстве случаев фамилия произносится с ударением на последний слог — Кастрами́н, что типично для фамилий на -ин. Если же ударение падает на второй слог (Кастра́мин), это может указывать на более позднее книжное осмысление или региональный говор.

В итоге: предок носителя фамилии Кастрамин с высокой вероятностью был крестьянином из северных или центральных губерний России, получившим прозвище по характерной черте внешности (жёсткие волосы) или по роду занятий, связанному с обработкой льна и соломы. Фамилия недворянская, народная, с прозрачной, хоть и не сразу читаемой, внутренней формой.