Фамилия Каулины интересна тем, что у неё, скорее всего, два совершенно разных корня — славянский и балтийский. Первая версия ведёт к русскому диалектному слову «каулок», то есть тупик, глухой заулок. В этом случае прозвище Кауля получал человек, живший в таком месте — на отшибе, в тесном проулке. Модель образования простая: прозвище на -а (Кауля) и типичный русский суффикс принадлежности -ин, который буквально отвечает на вопрос «чей?» — «сын Каули». Так фамилия вписалась в ряд с Дегтярёвыми, Кузнецовыми и другими, образованными от прозвищ.

Вторая версия переносит нас в Латвию. В документах XX века встречается много Каулиных, чьи предки носили латышскую фамилию Каулиньш. Она образована от kauliņš — «косточка» и, скорее всего, описывала внешность: так могли прозвать очень худого, костистого человека. Когда носители фамилии попали в русскоязычную среду, окончание -ины (как в «Каулины») стало восприниматься как русский суффикс -ин, а исходная форма Каулиньш сократилась до Каулин. Это не единичный случай — похожая русификация произошла с фамилиями типа Балодин (от Балодиньш).

Какая из версий правдоподобнее? Однозначного ответа нет, но важно вот что: если ваши предки точно жили в Латвии или среди староверов Прибалтики, балтийский след почти наверняка. Если же родословная уходит в исконно русские области — скорее, сработал «каулок». Обе версии не противоречат друг другу, а просто описывают разные ветви одного родового древа.

Словообразовательно фамилия проста и прозрачна: суффикс -ин указывает на принадлежность к отцу или главе семьи, а основа — на прозвище. Никаких редких формантов вроде -ских или -ых тут нет, что говорит о позднем, бытовом, а не аристократическом происхождении. Окончательно выяснить, какая из двух линий ваша, можно только через архивные записи и географию расселения конкретной семьи.