Фамилия Ханьжова — редкий случай, когда географический акцент едва ли не важнее лингвистического разбора. Основная версия происхождения упирается в южнорусские и украинские говоры, где слово «ханьжа» или «ханьжить» означало нечто вроде «ханжа, лицемер, притворно набожный человек». В этом случае фамилия образована по стандартной модели: прозвище Ханьжа плюс типичный русский суффикс принадлежности -ов (в женском роде — Ханьжова). Фонетически это та же «ханжа», но с южнорусским «яканьем» или украинским смягчением: «ханьжа» вместо литературного «ханжа». Так прозвище могли дать человеку, который на людях демонстрировал показное благочестие, а в быту вел себя иначе.

Однако есть и вторая версия, менее очевидная, но имеющая право на существование. В донских и кубанских говорах фиксировалось слово «ханьж» — так называли вид мелкой рыбы, пескаря или бычка. В этом случае прозвище относилось к рыболову или к человеку с соответствующей внешностью (мелкий, юркий). Суффикс -ов здесь работает так же, но основа другая. Выбрать между двумя версиями сложно: обе опираются на живую диалектную лексику, и без точной привязки к конкретному региону предка решить, какая верна, невозможно.

Фамилия Ханьжова не встречается среди дворянских родов и не фиксируется в старых боярских списках. Это典型ая крестьянская или мещанская фамилия, возникшая, скорее всего, не раньше XVII–XVIII веков, когда прозвища начали массово переходить в наследственные фамилии. Географически она тяготеет к югу России: Воронежская, Ростовская области, Краснодарский край, а также к восточным областям Украины. В северных и центральных регионах России она практически не встречается — это дополнительный аргумент в пользу диалектного происхождения.

По написанию фамилия устойчива: вариант через «о» (Ханьжов) — единственно верный для русского уха. Форма Ханьжёв или Ханьжова с ударением на последний слог возможна, но маловероятна: ударение, скорее всего, падает на первый слог — Ха́ньжова, что тоже типично для южнорусских говоров.