Фамилия Хараман почти наверняка связана с тюркским словом «харам» — в переводе «запретный, недозволенный религией». От него и образовали прозвище, которое затем закрепилось как фамилия. Но тут есть тонкость: прозвище Хараман вряд ли давали тому, кто нарушал запреты. Скорее наоборот — так могли назвать человека подчёркнуто набожного, строго соблюдающего все предписания, для которого слово «харам» было не пустым звуком. В среде, где исламские нормы были естественной частью жизни, подобное прозвище могло закрепиться за тем, кто особенно рьяно их придерживался.

Формант «-ан» в данном случае — типичный для тюркских языков словообразовательный элемент, который придаёт основе значение деятеля или носителя качества. То есть Хараман — это не просто «тот, кто связан с харамом», а скорее «человек, для которого понятие харама определяющее». Такая модель встречается и в других тюркских прозвищах, перешедших в фамилии.

География фамилии не ограничивается одной страной. Хараманы встречаются и у народов Северного Кавказа, и в Поволжье, где сильны тюркские языки, и в среде крымских татар. В каждом регионе фамилия могла возникнуть независимо, но корень один — арабское слово, пришедшее в тюркские языки вместе с исламом.

Есть и другая, менее вероятная версия: связь с румынским или молдавским словом «haram» — «наглый, дерзкий». Но она слабая: фамилия распространена прежде всего в тюркоязычной среде, а в румынском это слово — заимствование из того же турецкого, причём с иным, вторичным значением. Поэтому версия о набожном предке выглядит убедительнее.

В написании фамилия устойчива: двойное «а» в корне сохраняется во всех формах, ударение падает на последний слог — Харамáн. В русских документах фамилия не склоняется в мужском роде по правилам тюркских заимствований, но в бытовой речи часто склоняется, что допустимо.