Фамилия Хистяева — редкий пример, когда за привычным крестьянским суффиксом -ев скрывается неочевидная основа. Вопреки ожиданию, она не связана с «хистом» (от слова «хисть» — «копна сена» или «хворост» в некоторых говорах), хотя эта версия напрашивается первой. Правдоподобнее другое объяснение: в основе лежит крестильное имя Хистя (Хиста), которое является просторечной формой канонического имени Христина или Феоктист. Аналогично тому, как Агафья превращалась в Ганю, а Евдокия — в Дуню, Христина на русской почве могла сократиться до Хисти.

Суффикс -ев указывает на притяжательное значение: Хистяев сын (то есть «сын Хисти»). Со временем отчество закрепилось как фамилия. С женской формой Хистяева всё прозрачнее: это матроним, то есть фамилия, образованная от имени матери. В крестьянской среде, где женщина нередко оставалась единственной кормилицей (особенно в вдовах), или если отец был безвестен, ребёнка записывали по матери — отсюда и фамилии на -ин, -ев от женских имён.

Географически фамилия тяготеет к южнорусским и поволжским регионам. Встречается в Тамбовской, Воронежской и Саратовской областях, что косвенно подтверждает её связь с крестьянским сословием: именно в этих местах в XIX веке активно записывали матронимы. Есть и более прозаическая версия — от прозвища Хистя, которое в рязанских говорах давали неопрятному, неряшливому человеку (от «хистеть» — «грязнить, пачкать»). Но эта гипотеза слабее: прозвищная основа редко даёт столь женскую огласовку.

Примечательно, что фамилия сохранила редкий для русского ономастикона тип — матроним с суффиксом -ев. Большинство таких фамилий оканчиваются на -ин (Марьин, Катеринин), а Хистяева стоит в одном ряду с такими же исключениями, как Федосеев или Акулинин. Носительницы фамилии могут с уверенностью сказать: их предки жили в среде, где женщина могла дать имя целому роду.