Фамилия Холоп — один из тех случаев, когда исходное слово не оставляет простора для догадок. В Древней Руси «холоп» означало человека, находящегося в полной личной зависимости от господина, раба. Однако прямое перенесение этого значения на носителя фамилии было бы ошибкой: прозвище Холоп в крестьянской среде часто давали не по социальному статусу, а по поведению или внешности — например, нерадивому работнику, человеку с угодливым характером или, наоборот, тому, кто держался задиристо и «по-холопски» грубо.

Словообразовательная модель здесь простейшая: бессуффиксная фамилия, совпадающая с нарицательным существительным в именительном падеже. Такие фамилии — редкость. В русской традиции их обычно получали выходцы из непривилегированных слоёв, и часто они закреплялись за одним родом в документах XVII–XVIII веков, когда фамилии только начинали оформляться. Поскольку патронимический суффикс -ов/-ев отсутствует, можно предположить, что фамилия Холоп сложилась не в центральных великорусских землях, а скорее на окраинах, где форма на чистое прозвище дольше держалась в быту.

Любопытная деталь: в некоторых говорах слово «холоп» имело не только уничижительный, но и иронически-ласкательный оттенок — так могли назвать младшего сына или парня, который «ходит в послушниках» у старших братьев. Поэтому не исключено, что предок носителя фамилии был вовсе не бесправным, а просто младшим в семье или батраком у зажиточного односельчанина.

В ономастических справочниках фамилия Холоп нечастотна. Б. Унбегаун в «Русских фамилиях» относит её к разряду прозвищных, образованных от социальных терминов, но специально не разбирает. Встречается она преимущественно в северных и сибирских регионах, куда в XVII–XVIII веках ссылали или переселяли холопов, беглых крестьян и служилых людей. Так что носитель фамилии Холоп с высокой вероятностью происходит из семей, которые в эпоху закрепощения оказались на периферии государства — либо поневоле, либо в поисках свободы.

Если ваша фамилия Холоп, не стоит воспринимать её как прямое указание на рабское происхождение. Скорее всего, это прозвище, закрепившееся за конкретным человеком по характеру или бытовой роли, а потом перешедшее в фамилию — как сотни других «обидных» прозваний, давно утративших свой первоначальный смысл.