Фамилия Хрустина хранит память о прозвище дальнего предка — Хруста. Это прозвище, в свою очередь, образовано от нарицательного «хруст», то есть треск от разрушения чего-либо ломкого, хрупкого. Смыслов здесь несколько, и каждая версия по-своему интересна.

Согласно первой, Хрустой называли неловкого, неаккуратного человека, который вечно что-то ронял, ломал или производил лишний шум. Но более живая гипотеза связана с хорошим аппетитом: обладатель прозвища постоянно что-то жевал, и его трапеза сопровождалась характерным хрустом. Такое прозвище могло закрепиться за человеком как наиболее употребительное именование в быту, вытеснив церковное имя.

Есть и третья версия, которая уводит нас в украинскую кулинарную традицию. Словом «хрусти» называли жареное в масле сладкое печенье в форме продолговатых полосок. Если принять эту гипотезу, прозвище Хруста относится к разряду «профессиональных» именований: оно указывает на деятельность предка. Он мог быть умелым поваром, пекарем или торговцем сладостями, и его ремесло дало начало фамилии.

Какая из версий правдоподобнее? Первая, связанная с едой и аппетитом, выглядит естественнее для живой разговорной речи: прозвища часто рождались из наблюдений за привычками человека. Версия о пекаре тоже имеет право на жизнь, но она требует, чтобы прозвище дали по роду занятий, а не по черте характера. В любом случае, суффикс -ин указывает на принадлежность: Хрустина — это «дочь или жена Хрусты», а в более широком смысле — потомок человека с таким прозвищем.

Так фамилия, передаваясь из поколения в поколение, сохранила память о происхождении рода. Она не просто именует человека, а связывает его с далёким предком, который либо обладал отменным аппетитом, либо умел печь хрустящее угощение.