Фамилия Киньшаков — редкий случай, когда в основе лежит не имя и не профессия, а скорее всего, внутрисемейное прозвище, за которым стоит конкретный, почти бытовой сценарий.

Самый вероятный корень — глагол «кинуть» в значении «бросить», «покинуть», «обмануть». В старых русских говорах «киньша» — это не просто тот, кто кидает, а человек, который бросает начатое дело, уходит внезапно или, в более резком смысле, мошенник и плут. Прозвище Киньша мог получить непоседливый работник, который срывался с места, не закончив пахоту или стройку, либо хитрый торговец, «кинувший» покупателя. Такие прозвища на -ша (ср. Воркота, Гуляйша) в XV–XVII веках были типичны для северных и центральных уездов России — они обозначали характерный поступок или манеру поведения человека.

Суффикс -ов в фамилии Киньшаков — стандартный патронимический, указывающий на принадлежность: «сын Киньши». Модель образования простая: прозвище Киньша + -ов = Киньшаков. В официальных документах фамилия могла закрепиться в среде крестьян и однодворцев, где прозвища часто переходили в наследственные фамилии без изменений.

Менее убедительная версия выводит основу из тюркского корня «кин» (широкий, просторный) или «кен» (деньги, сокровище), но она слаба: в фамилии нет типичных тюркских суффиксов, а звук «ш» в середине нехарактерен для татарских или башкирских фамилий на -ов. Скорее всего, перед нами чисто русская лексика, а не заимствование.

Географически фамилия тяготеет к Поволжью и Уралу. В метрических книгах XIX века Киньшаковы встречаются в Саратовской, Самарской и Оренбургской губерниях — регионах, куда в XVIII веке активно переселяли государственных крестьян из центральных уездов. Встречаются варианты написания Киншаков (с одной буквой «ь»), но они редки и, скорее всего, результат ошибки писаря.

В словаре русских фамилий Б. Унбегауна Киньшаков не упоминается, что подтверждает его локальный характер. Если ваши предки носили эту фамилию, они с высокой вероятностью были крестьянами-старожилами или однодворцами юго-восточной России, а родоначальник получил прозвище за привычку бросать дела на полпути — или за неожиданный уход из деревни.