Фамилия Княженцев — редкий случай в русской ономастике, где за основу взято не слово «князь», а его производное «княженец». Если бы фамилия звучала как Князев или Князьков, всё было бы прозрачнее: прямой указатель на связь с князем. Но суффикс -ец в основе «княжен-» меняет смысл.

Княженец в древнерусском языке — не просто «князь», а человек, который либо служил при княжеском дворе, либо принадлежал к людям, жившим на княжеских землях. В некоторых говорах «княженцами» называли младших дружинников или слуг, которые выполняли поручения князя, но сами князьями не были. То есть носитель фамилии Княженцев — потомок не аристократа, а скорее человека из окружения знати, возможно, управляющего, служилого или даже крестьянина, закреплённого за княжеским владением.

Словообразовательная модель проста: от основы «княженец» через притяжательный суффикс -ев получилась фамилия, отвечающая на вопрос «чей?» — чей сын, чей потомок. Суффикс -ев, а не -ов, указывает на мягкую основу (княженец — княженц-). Такие фамилии типичны для центральных и северных областей России, где чаще использовали -ев после шипящих и мягких согласных.

Встречаемость фамилии крайне низкая. По данным переписей и телефонных справочников, Княженцевы рассеяны по нескольким регионам — есть записи в Вологодской, Кировской областях и на Урале. Это косвенно подтверждает версию о происхождении из служилых или крестьянских слоёв: именно в этих краях в XVII–XVIII веках селили людей, переведённых с княжеских вотчин.

Сравнение с однокоренными фамилиями (Князев, Князьков, Княжин) показывает, что Княженцев стоит особняком. Князев — самая частая, прямая; Князьков — уменьшительная форма; Княжин — от «княжий». А Княженцев — единственная, где в основе коллективное или служебное понятие, а не титул. Это делает её ценной для историков: она сохранила память о социальной прослойке, которая почти не оставила письменных следов.