Фамилия Когач — один из тех случаев, когда в основе лежит не имя, а прозвище, причем с очень конкретным ремесленным или бытовым значением. На слух она звучит по-южнославянски или западноукраински, и это первая зацепка.

Самый прямой путь к разгадке — слово «когач» или «когач» в диалектах. В польском, словацком, украинском и некоторых говорах чешского так называли человека, который делает или продает коги — особые деревянные кадки, бочонки, ушаты. Это ремесленник-бондарь, но с узкой специализацией: кога — это не просто бочка, а большая кадка для засолки или хранения зерна. Фамилия, таким образом, профессиональная: предок был не просто бондарем, а мастером по изготовлению крупной тары — когачом. Суффикс «-ач» в этой модели указывает на деятеля (сравните: «ткач», «трубач», «скрипач»), так что словообразовательная схема прозрачна и не вызывает споров.

Вторая версия, менее распространенная, отсылает к венгерскому влиянию. В венгерском есть слово «kocsi» (повозка, экипаж), которое через немецкое посредничество дало русское «кучер». Однако фонетически «Когач» ближе к южнославянским формам, где «когач» — это и есть бондарь. Версия с повозкой слабее, потому что в славянских языках для обозначения кучера обычно использовали другие суффиксы и корни.

Географически фамилия Когач чаще всего встречается в Польше (особенно в южных воеводствах, граничащих со Словакией), в Западной Украине (Львовская, Ивано-Франковская области) и у лемков. В России она редка и, скорее всего, попала с волнами переселения из Галиции в XIX — начале XX века. В русской среде фамилию могли переосмыслить или записать на слух как «Когачёв», но исходная форма сохранила суффикс деятеля, типичный для западнославянской модели.

С точки зрения социального статуса: бондарь был уважаемым, но не богатым ремесленником. Коги требовались в каждом хозяйстве — для квашения капусты, хранения муки, соления сала. Спрос на такую тару был постоянным, так что носитель прозвища Когач точно не сидел без работы. Фамилия не дворянская, не шляхетская — она из гущи народа, от человека, которого знали по делу, а не по родословной.