Фамилия Колбягин образована по одной из самых распространённых в русской ономастике моделей: от прозвища с помощью суффикса -ин. Суффикс -ин, в отличие от -ов, указывает на принадлежность к конкретному лицу по матери или отцу (чьим будешь? — Колбягин, то есть сын или потомок Колбяги). Однако в данном случае — это однозначно патроним от мужского прозвища Колбяга.

Что означало само прозвище Колбяга? Самая прямая версия отсылает к диалектному глаголу «колбать» — «плохо шить». В этом случае Колбягой называли нерадивого портного, мастера, чьё ремесло не приносило заказчикам удовлетворения. Прозвище закреплялось за человеком по его профессиональной неудачливости или неумению, а не по роду занятий в целом.

Но есть и второй пласт значений, который делает фамилию объёмнее. В русских говорах «колбать» могло означать также «качать, колебать, шатать». Отсюда — «колбага» или «колбяга» как прозвище неуклюжего, валкого человека, который ходит вразвалку. Кроме того, в некоторых областях слово «колбать» связывали с медлительностью или даже несообразительностью. То есть прозвище могло относиться не к ремеслу, а к внешности или характеру: так могли назвать и полного, неповоротливого человека, и того, кого считали тугодумом.

Таким образом, перед нами редкий случай, когда одна основа — «колб-» — порождает сразу два возможных портрета предка: либо это был плохой портной, которого отличали за брак в работе, либо человек с заметной медлительной или грузной походкой. Обе версии одинаково правдоподобны с точки зрения словообразования и диалектной лексики.

Фамилия Колбягин — редкая. Она не встречается в массовых боярских или дворянских списках, что указывает на её происхождение из крестьянской или посадской среды, где прозвища часто давались по бытовым чертам или профессиональным неудачам. Географически фамилия тяготеет к северным и центральным русским говорам, где глагол «колбать» был в ходу.

Потомок человека по прозвищу Колбяга со временем получил фамилию Колбягин, и сегодня она хранит в себе память о том, как в старину метко и без лести оценивали ближнего — будь то за кривые швы или за тяжёлую поступь.