Фамилия Кондеров — один из тех случаев, где на слух всё кажется прозрачным, а при ближайшем рассмотрении начинаются споры. Первое, что бросается в глаза, — суффикс -ов, который в русских фамилиях указывает на отчество или принадлежность: «чей?» — Кондеров, то есть сын или потомок Кондера. А вот с основой всё сложнее.

Самая очевидная версия ведёт к прозвищу Кондер. В русских говорах, особенно на юге и в центральных областях, «кондером» называли кашу, сваренную на воде, часто из пшена или гречки — постное и нехитрое блюдо. Отсюда легко могло возникнуть прозвище человека, который любил такую кашу, либо того, кто был беден и питался в основном ею. Прозвища по еде в русской среде встречались часто: Каша, Кисель, Борщ. Кондер стоит в том же ряду.

Вторая версия, менее распространённая, но лингвистически возможная, — связь с тюркскими языками. В ряде тюркских наречий «кондер» или «кундер» означает «крот» либо «сурок». Прозвище могли дать человеку с повадками крота: приземистому, копающемуся в земле или с крупными передними зубами. Для южных регионов России, где русские фамилии часто вбирали тюркскую лексику, этот путь правдоподобен, но уступает «кашному» объяснению по частоте бытования.

Словообразовательная модель типична для крестьянских фамилий центральной России. Фамилия Кондеров не дворянская и не искусственная (семинарская) — она родилась в среде, где человека называли по бытовому прозвищу. Ударение, скорее всего, падает на первый слог — Кóндеров, хотя в некоторых регионах могли говорить Кондерóв.

Стоит обратить внимание на географию. Фамилия встречается заметно чаще в Воронежской, Тамбовской и Рязанской областях — это как раз зона, где «кондер» в значении «каша» был в ходу. Если ваши предки оттуда, версия с кашей почти наверняка верна. Встречается она и в Поволжье, но там уже сложнее отделить русские корни от возможных тюркских.

Однокоренные фамилии — Кондюков, Кондаков — имеют другую этимологию (чаще всего от имени Кондрат), и путать их с Кондеровым не стоит. Кондеров стоит особняком: короткая, ёмкая фамилия, в основе которой лежит либо скромная еда, либо зверёк. И то, и другое — из народной жизни, без претензий, но с чётким бытовым следом.