Фамилия Конушев — одна из тех, что ставит перед исследователем задачу: корень в ней неочевиден, а значит, и версий происхождения может быть несколько. Самое простое и прямое объяснение лежит в сфере профессиональных прозвищ. В основе может лежать слово «конюх» — работник, ухаживающий за лошадьми. Фонетическое изменение «конюх» в «конух» для русских говоров — явление обычное: редукция или замена гласных в безударном положении давала такие варианты. Соответственно, «Конух» — прозвище конюха, а Конушев — его сын или потомок.

Однако есть и другой, не менее вероятный путь. В северных и центральных русских говорах слово «конура» или «конура» означало не только собачью будку, но и тесное, неудобное жильё, лачугу. Прозвище Конура могли дать человеку, жившему в такой избе, или тому, кто сам напоминал «забитого» обитателя тесного угла. От этого прозвища через форму Конур, Конуш (с характерным чередованием р/ш) вполне образовалась бы фамилия Конушев. Такая модель — от основы на -р с переходом в -ш — встречается в русской ономастике (сравните: Бобр — Бобров и Бобрищев, но возможен и вариант через уменьшительную форму).

География фамилии тоже подсказывает: Конушевы чаще встречаются в Поволжье и на Урале. В этих регионах, где коневодство было важной частью хозяйства, прозвище «Конух» было бы особенно естественным. К тому же в метрических книгах XIX века фамилия нередко писалась через «а» — Канушев, что подтверждает акающее произношение и связь с живой устной речью, а не с книжным написанием.

Версия о происхождении от тюркского имени или прозвища (например, от «конуш» — остановка, привал) выглядит менее убедительной. Для русского уха такое слово не создавало бы яркой прозвищной ассоциации, а фамилии от тюркских основ обычно имеют более прозрачную адаптацию (через -ов/-ев). Поэтому наиболее вероятно, что Конушев — это либо «конюхов внук», либо потомок человека по прозвищу Конура, жившего в бедной избе. Различить эти две версии без конкретных документов по конкретной семье уже невозможно, но обе они рисуют портрет предка из крестьянской или рабочей среды, где прозвище давали по делу или по быту.