Фамилия Корожан — редкий пример того, как славянская модель именования «законсервировала» исходное прозвище почти без изменений. В отличие от более привычных фамилий на -ов или -ин, здесь нет патронимического суффикса, указывающего на отца («чей сын?»). Перед нами так называемая «прозвищная» фамилия в чистом виде: основой стало личное прозвище Корожан, которое и закрепилось за потомками.

Сам корень — спорный. Самая прямая версия связывает его с украинским или белорусским диалектным словом «корожан» — так в некоторых говорах называли человека, занимавшегося выделкой коры (лыка) или плетением из неё лаптей, корзин. В этом случае предок был мастером-корзинщиком или лыкодером. Менее вероятна, но возможна связь с польским korożan — в старопольском так могли назвать упрямца или человека с твёрдым, «корявым» характером (от «korzyć się» — гнуть, но с негативным оттенком).

Фамилия встречается в основном в западных областях Украины (особенно в Тернопольской и Хмельницкой областях), а также в юго-западных регионах Беларуси и на востоке Польши. География подсказывает, что это прозвище бытовало именно в зоне контакта украинских, белорусских и польских диалектов, где слово «корожан» могло иметь местные оттенки значения.

Модель образования — типичная для прозвищ, которые не переделывали под общий шаблон. В ономастике восточных, западных и южных славян такие именования (Коваль, Воробей, Корожан) — древнейший пласт, возникший ещё до того, как фамилии стали массово оформлять суффиксами. Они прямо отвечали на вопрос «кто?», а не «чей сын?».

Интересная деталь: в некоторых записях XIX века фамилия фиксировалась с двойным написанием — «Корожан» и «Каражан». Вторая форма, вероятно, отражает акающее произношение, свойственное южнорусским и украинским говорам. Это не меняет значения, но показывает, как устная речь влияла на письменную фиксацию фамилии в метрических книгах.