Фамилия Коршинский — одна из тех, где за привычным звучанием скрывается сразу несколько возможных историй, и выбрать единственную не всегда просто. Словообразовательная модель здесь прозрачна: суффикс -ский указывает на дворянское или шляхетское происхождение, либо на образование от географического названия (типа «коршинский» — то есть родом из места Коршино или Коршево). Но в основе лежит более древнее прозвище Корш, и вот тут начинаются варианты.

Наиболее распространённая версия связывает прозвище Корш с украинским словом «коршак» — коршун. Прозвище могли дать человеку с острым зрением, хищным нравом или, напротив, с внешним сходством с этой птицей. Однако есть и другая, не менее любопытная гипотеза, уходящая корнями в сибирские и западные русские говоры. Слово «корш» там выступает вариантом более известных «корж» и «коржак». В Сибири так называли иней и изморозь — прозвище могло закрепиться за человеком с седыми волосами или холодным, «морозным» характером. А вот в западных областях России коржом, коржаком называли пресную лепёшку на сале, которую брали с собой в дорогу. Того, кто постоянно выпекал такие лепёшки или торговал ими, односельчане и прозывали Коршем.

Интересно, что обе версии — и «птичья», и «хлебная» — имеют равное право на существование, но вторая, бытовая, выглядит даже более правдоподобной для крестьянской среды: прозвища по роду занятий давали чаще, чем по отвлечённым признакам. Со временем прозвище Корш, изначально присоединённое к наследственному имени, полностью вытеснило его в повседневном обиходе и официальных документах, а при переходе в фамилию приобрело типичный для знатных родов суффикс -ский. Так потомки простого пекаря лепёшек или человека с «коршуньим» взглядом стали Коршинскими.