Фамилия Коршко — яркий пример того, как географический диалект может изменить привычное слово до неузнаваемости. В основе, скорее всего, лежит прозвище, связанное с птицей коршак — так в южных и западных русских говорах называли коршуна. Птица хищная, зоркая, нередко ассоциировалась с человеком цепким, жадным до добычи или обладающим острым взглядом. Суффикс -к- в основе (Корш-к-о) указывает на уничижительную или уменьшительную форму прозвища, а окончание -о типично для украинской и белорусской ономастики, где фамилии на -ко (Коршко, Харько, Федько) массово образовывались от личных имён и прозвищ.

Есть и вторая, менее очевидная версия. В тех же говорах «корш» могло означать «скрученный, согнутый» или относиться к коряге, сучку. Тогда прозвище Коршко давали человеку сутулому, скрюченному или, напротив, коренастому, крепкому, как коряга. Эта версия слабее, так как птичья ассоциация для прозвищ в славянской традиции куда распространённее.

Географически фамилия привязана к западу и югу России, а также к Украине и Беларуси. В переписях XIX века Коршко встречаются среди казаков Черниговщины, крестьян Могилёвской губернии и мещан Подолья. Сословно — почти всегда крестьянский или казачий род, без дворянских корней. Форма на -ко выдаёт невеликое происхождение: такие фамилии закреплялись в среде, где не было строгой фиксации по отчеству, а прозвище просто передавалось детям.

Интересно, что фамилия избежала типичной русификации в Коршков или Коршунов. Она осталась в «окающей» украинской огласовке, хотя её носители давно живут в русскоязычной среде. Это редкий случай, когда диалектная форма слова застыла в фамилии и не поддалась литературной норме.