Фамилия Корушенкова — редкий пример, где одно прозвище могло родиться из совершенно разных жизненных ситуаций. Чаще всего её связывают с псковским словом «коруша» (или «каруша») — так в тех краях называли ржаную лепёшку. Прозвище Коруша мог получить любитель выпечки, пекарь или просто плотный, сытый человек.

Но есть и другая, менее очевидная версия. Она отсылает к глаголу «корюжить» — делать заскорузлым, сушить, корёжить. В этом случае прозвище описывало внешность или характер: сухопарый, угловатый, негибкий или вялый человек. Здесь фамилия оказывается близка по смыслу к Корявкину или Сухорукову, но с другим оттенком.

Третий вариант ведёт на юго-запад, в молдавские земли. Там «каруца» — это повозка, почтовая телега. Если предок был возницей, кучером или работал на почтовой станции, его могли прозвать Коруша. Такая версия кажется менее вероятной для центральной России, но для южных и западных регионов вполне реальна.

Сама фамилия образована по редкой модели: основа Коруш- плюс суффикс -енк(ов). Суффикс -енко типичен для украинских и южнорусских фамилий, а окончание -ов указывает на русификацию формы. То есть исходная фамилия могла звучать как Корушенко, а при переезде в великорусские губернии к ней добавили типичное «-ов». Женский вариант Корушенкова закрепился в документах как родовая форма.

Таким образом, носитель фамилии Корушенкова мог быть потомком пекаря, сухопарого крестьянина или почтового кучера — в зависимости от того, в какой местности жили его предки и какое прозвище за ними закрепилось.