Фамилия Костыльга звучит необычно, и её происхождение напрямую связано с прозвищем. В основе лежит слово «костыль» в одном из его прямых или переносных значений. Самый очевидный вариант — прозвище высокого, худого человека, которого в насмешку сравнивали с костылём — длинной палкой с поперечиной. Однако у слова было и другое, более конкретное значение: «костыль» на некоторых русских говорах означал не только опору для хромого, но и дорожный посох, клюку, а также деревянный гвоздь или колышек в строительстве. Таким образом, прозвище Костыльга мог получить либо плотник, работавший с деревянными креплениями, либо странник, не расстававшийся с посохом.

Суффикс «-ыг(а)» в этой фамилии заслуживает отдельного внимания. В русском языке он характерен для прозвищ и часто придаёт слову экспрессивный, иногда уничижительный оттенок (сравните: «ворюга», «хапуга», «Петька-лопуга»). Форма Костыльга — это не фамилия в её окончательном виде, а именно прозвище, которое затем закрепилось за потомками. Обычно такие прозвища на «-ыга» становились основой для фамилий с суффиксом «-ин» (Костыльгин), но здесь мы видим редкий случай, когда прозвище перешло в фамилию без изменений, в чистой, «мужской» форме. Это указывает на то, что фамилия могла сформироваться в среде, где ещё не действовали строгие правила оформления родовых имён, или в тех регионах, где такая модель была допустима.

Географически фамилия тяготеет к северным и центральным областям России, где слово «костыль» в значении «посох» было особенно употребительно. Встречается она нечасто, что подтверждает её прозвищное, а не «календарное» происхождение: в отличие от фамилий от крестильных имён, такие прозвища не были массовыми. Интересно, что в некоторых говорах «костыльгой» называли не только человека, но и неуклюжий, тяжёлый предмет — это добавляет ещё один смысловой оттенок: прозвище могло характеризовать медлительного или неловкого человека.

Версия о связи фамилии с личным именем маловероятна: ни в православных святцах, ни в древнерусских именословах основы «Костыль» нет. Поэтому основной и единственной убедительной гипотезой остаётся прозвище, данное по внешности, роду занятий или манере поведения. Фамилия Костыльга — яркий пример того, как простое, почти бытовое слово из народной речи стало родовым именем, сохранив в себе отголосок давно ушедшего уклада жизни.