Фамилия Костынич звучит необычно для русского уха, хотя её происхождение — исконное, из восточнославянской среды. Ключ к пониманию лежит не в корне, а в суффиксе. Окончание «-ич» — типичный патроним, то есть указание на отца. В белорусской, украинской и, реже, западнорусской традиции «Костынич» буквально означает «сын Костыни». Это отчество, которое со временем закрепилось как фамилия, минуя стадию притяжательного прилагательного на «-ов» или «-ин».

Само имя Костыня — это народная, разговорная форма крестильного имени Константин. В русских говорах Константина могли называть Коста, Костя, а также Костыня. Уменьшительно-ласкательный суффикс «-ыня» (как в «Илья — Илюня», «Пётр — Петруня») придавал имени оттенок просторечия и фамильярности. Таким образом, предок носителя фамилии Костынич был сыном человека по имени Костыня, то есть Константина.

Географически фамилия тяготеет к белорусским землям и западным областям России, где модель образования фамилий на «-ич» (вроде Демидович, Кузьмич, Савич) была особенно распространена. Это отличает её от центральнорусских фамилий на «-ов» и «-ин». Встречается она нечасто, что говорит о локальном бытовании — скорее всего, родоначальник жил в небольшой общине, где отчество по отцу стало родовым прозвищем для всей семьи.

Иногда в основе фамилии видят прозвище Костыня от слова «костыль» — так могли назвать хромого человека или того, кто ходил с опорой. Однако эта версия менее убедительна: прозвища на «-ыня» обычно образуются от имён, а не от нарицательных существительных. Для прозвища по физическому недостатку скорее использовали бы форму «Костыль» или «Костылёв». Поэтому личное имя Константин — самый прямой и естественный путь образования фамилии Костынич.