Фамилия Косьянчик звучит не на слух, а на анализ: она сразу выдает белорусское или западноукраинское происхождение. Её выдает редкий для русских фамилий суффикс -чик. Если в русской традиции -чик чаще уменьшительное (мальчик, ключик) или профессиональное (переплетчик), то в западнославянских и балтских говорах этот суффикс служил для образования фамилий-прозвищ или патронимов с оттенком «сын такого-то» или «маленький, младший».

Основа фамилии — Косьян. Это народная, просторечная форма канонического имени Кассиан. В православных святцах имя Кассиан (от латинского Cassianus — «принадлежащий Кассию», а корень cassus — «пустой, тщетный») было не слишком популярно из-за мрачной народной репутации: святого Кассиана Римлянина в восточнославянском фольклоре считали «завистливым» и «недобрым», его день (29 февраля) называли «Касьяновым днем» и боялись. Однако в быту имя упрощали до Косьян, Косья, Касьян. Именно от формы Косьян и пошел патроним: Косьянович мог сократиться до Косьянчик — «сын Косьяна» или «маленький Косьян».

Есть и вторая, менее вероятная, но возможная версия: связь с польским или украинским словом «коса» (kosa). В таком случае Косьянчик могло быть прозвищем косца, человека, работающего косой, или того, кто носил длинные волосы (коса). Но против этого говорит суффикс -чик: в профессиях он обычно присоединяется к глагольной основе (косить → косчик), а не к существительному «коса». Поэтому версия с именем Кассиан выглядит убедительнее.

Географически фамилия Косьянчик концентрируется в западных областях Беларуси (Гродненская, Брестская) и на Волыни в Украине. В польских метриках XIX века встречаются варианты Kościańczyk и Kościewicz — это следы полонизации белорусского звучания. В России фамилия редкая и чаще всего встречается у потомков переселенцев из западных губерний.

Социальный контекст: носители фамилии Косьянчик в XIX веке почти поголовно были крестьянами или мещанами, без дворянских корней. Фамилия образовалась поздно, в эпоху массового закрепления фамилий за крепостными и однодворцами, поэтому искать в ней древнюю знать не стоит. Но в ней сохранился живой след народного произношения церковного имени — редкий случай, когда нелюбимый святой дал фамилию, которая дожила до наших дней.