Фамилия Кожуркин — яркий пример того, как русская фамилия может быть образована от прозвища, связанного с едой или бытом. В её основе лежит слово «кожурка» — так в народе называли картофельную кожуру, шелуху или корку хлеба. В разных говорах у слова были и другие значения: «кожурой» могли назвать тонкую, легко сдираемую кору дерева или даже верхний слой бересты. Человек, получивший прозвище Кожурка, скорее всего, был либо беден и питался объедками (отсюда и насмешливое прозвище), либо, наоборот, отличался особой бережливостью, доедая даже корки. Вторая версия — прозвище могло относиться к тому, кто занимался чисткой картофеля или овощей, например, к повару или работнику на кухне.

Фамилия образована по стандартной русской модели с суффиксом -ин, который указывает на принадлежность: «чей?» — Кожуркин, то есть сын или потомок Кожурки. Такая модель типична для прозвищ, оканчивающихся на -а/-я. Без суффикса фамилия звучала бы как Кожурка, но в документах XVII–XIX веков её закрепили в форме с -ин, что и стало нормой.

Интересно, что у фамилии есть редкая особенность: она практически не встречается за пределами центральных и северных регионов России. По данным современных исследований, наибольшая концентрация носителей фамилии Кожуркин фиксируется в Костромской и Вологодской областях, а также в некоторых районах Кировской области. Это косвенно подтверждает, что прозвище возникло именно в северных говорах, где слово «кожурка» было особенно употребительно. В южных регионах, где картофель называли «бульбой», а кожуру — «шкуркой», фамилия почти не встречается.

С точки зрения социального статуса, фамилия Кожуркин — однозначно крестьянская. В списках однодворцев и государственных крестьян XVIII–XIX веков такие прозвища фиксировались часто, и лишь после отмены крепостного права они окончательно закрепились как фамилии. Дворянских родов с такой фамилией в истории не зафиксировано.