Фамилия Кожушный — яркий пример того, как прозвище, данное по ремеслу или внешнему признаку, закрепилось в качестве родового имени. В её основе лежит слово «кожух», и сразу напрашивается версия о предке-скорняке или портном, который шил овчинные тулупы — кожухи. Такое объяснение лежит на поверхности и кажется самым очевидным. Однако, если копнуть глубше, выясняется, что «кожухом» на Руси называли не только одежду.

Слово «кожух» имело широкий спектр значений, объединённых общей идеей покрытия, оболочки, защиты. Это и свод над очагом, и колпак дымовой трубы, и наружная обшивка мельничного колеса, и даже кожух доменной печи. Поэтому прозвище Кожушный могло закрепиться за человеком, который работал под таким «кожухом» — например, за печником, мастером по кладке печей и дымоходов. Не менее вероятно, что так называли мельника, ведь колёса водяных мельниц часто были закрыты специальными кожухами.

Таким образом, перед нами не одна, а как минимум три равновероятные профессиональные версии: портной-тулупник, печник или мельник. Выбрать единственную без генеалогического исследования невозможно. Примечательно, что фамилия образована не с помощью самого распространённого суффикса -ов/-ев, а с помощью суффикса -н(ый). Такая модель (например, Шубный, Скорняжный) типична для прозвищ, которые напрямую описывали человека по его занятию или характерному предмету, и встречается реже, чем патронимические фамилии на -ов.

С точки зрения географии, фамилия Кожушный не является массовой. Она встречается в основном на западе и юге России, а также на Украине и в Беларуси, что косвенно подтверждает её южнорусское или малороссийское происхождение. В украинском языке слово «кожух» — это именно овчинный тулуп, и прозвище Кожушный там было бы особенно уместно для мастера-кожушника. В словарях украинских фамилий эта модель встречается чаще, чем в великорусских.