Фамилия Красилдьников — редкий случай, когда ошибка в одной букве меняет всё. На первый взгляд кажется, что перед нами вариант фамилии Красильников, самой распространённой из «ремесленных» фамилий. Но буква «д» в середине слова — не опечатка и не случайность. Это реликт старого словообразования, который встречается в нескольких русских фамилиях, например, Красилдинов или Свешдиков.

Разберёмся с корнем. Основа «красил-» восходит к слову «красильщик» — человек, который занимается окрашиванием тканей, кожи или пряжи. В русских говорах XIX века бытовала форма «красилдик» с вставным «д» между «л» и «щ». Такое явление в диалектной речи называют эпентезой: звук «д» возникал для удобства произношения, как в словах «ндравиться» вместо «нравиться» или «страм» вместо «срам». Суффикс «-ов» в фамилии указывает на принадлежность: Красилдьников буквально означает «сын красилдика», то есть потомок красильщика.

География фамилии узкая. По данным переписей, основная масса Красилдьников сосредоточена в Поволжье, особенно в бывшей Казанской губернии и соседних уездах. Это объяснимо: в тех краях было развито кустарное красильное дело, а местные говоры как раз сохраняли формы с эпентезой. В центральных губерниях, где преобладала литературная норма «красильщик», фамилия закрепилась в варианте Красильников.

С социальной точки зрения, Красилдьниковы — потомки не просто мастеров, а, скорее всего, крепостных крестьян, работавших на помещичьих мануфактурах или в сельских артелях. В отличие от Красильниковых, которые могли принадлежать к купечеству или мещанству, носители фамилии с «д» редко поднимались выше податного сословия. В метрических книгах XIX века Красилдьниковы числятся в основном как крестьяне и мещане, реже — как цеховые ремесленники.

Важно не путать эту фамилию с украинской Красильдінов, где «д» — результат адаптации тюркского суффикса. В русском Красилдьникове никакой тюркской основы нет, это чисто славянское образование, сохранившее фонетику народной речи. Если вы встретили фамилию в старых документах, не исправляйте её на «правильный» вариант — в ней застыла живая история диалекта.