Фамилия Краснер — один из тех случаев, когда славянская основа встречается с иноязычным оформлением. В её корне лежит прозвище Красный, восходящее к прилагательному со значением цвета. В древнерусском языке «красный» означало не только цвет, но и «красивый, прекрасный», а в вятских говорах так могли назвать румяного, здорового человека. Скорее всего, основатель рода обладал яркой внешностью либо получил прозвище по цвету волос или кожи.

Уникальность фамилии — в её суффиксе. Окончание -ер — типичный германский суффикс, использующийся в немецком и идише для образования фамилий. Это указывает на то, что носитель фамилии был выходцем из еврейско-немецкой общины, расселённой на территории восточнославянских государств — России, Украины или Белоруссии. В отличие от русских фамилий на -ов/-ев или -ин, модель с -ер пришла из немецкого канцелярского обихода: так чиновники или сами носители адаптировали славянское прозвище к привычной для немецкого уха форме.

Фамилия Краснер стоит в ряду искусственных и полуискусственных фамилий, которые еврейское население получало в XVIII–XIX веках. В отличие от «переводных» фамилий вроде Вейценбаум («пшеничное дерево») или Зауэрштром («кислый поток»), Краснер — гибрид: славянский корень и германский суффикс. Такая смесь встречается реже, чем чистые немецкие или славянские формы, и делает фамилию приметой культурного пограничья.

Среди известных носителей — Леонид Исаакович Краснер (род. 1947), директор шахты «Центральная» и генеральный директор воркутинской шахты «Воргашорская», одной из крупнейших в России. Другой известный однофамилец — американская художница Ли Краснер (1908–1984), представительница абстрактного экспрессионизма, чьи работы строились на автоматическом письме и антропоморфных формах. Разброс профессий и стран показывает, как далеко разошлась ветвь, начавшаяся с простого прозвища Красный.