Фамилия Крушатин — одна из тех, где корень очевиден, а вот путь от слова к фамилии не так прост. Основа «круш-» сразу отсылает к глаголу «крушить» (ломать, разрушать), но вряд ли предок был профессиональным разрушителем. Скорее всего, прозвище Круш или Круша давали человеку с крутым нравом, резким в решениях или физически сильному, «ломающему» преграды. В русских говорах «крушина» — это ломкое дерево, крушина, так что возможна и связь с местом жительства: у зарослей крушины.

Суффикс «-атин» в этой фамилии заслуживает отдельного разбора. Это не типичный «-ин» (сын Круши → Крушин) и не «-ов/-ев». Модель на «-атин» встречается реже и часто указывает на прозвище, образованное от глагольной основы с суффиксом «-а»: Круша (крушить) → Крушатин. То есть фамилия буквально значит «сын Круши», где Круша — прозвище, а не имя. Этот способ словообразования характерен для северных и центральных областей России, где любили «резать» полные имена до коротких прозвищ.

Версия о связи с церковным именем Круша (гипотетическая форма от Кирсан или Кронид) не выдерживает критики: ни в святцах, ни в бытовых вариантах такое имя не зафиксировано. Поэтому прозвищное происхождение — самое правдоподобное. В документах фамилия встречается очень редко, что говорит о её локальном бытовании, возможно, в Вятской или Пермской губерниях, где суффикс «-атин» был более употребителен.

Сравнение с однокоренными фамилиями — Крушин, Крушенин, Крушинин — показывает, что Крушатин стоит особняком. Если Крушин мог произойти от растения, то Крушатин однозначно от прозвища человека. Это делает фамилию не просто редкой, но и семантически чёткой: предок был не «сыном Круши», а именно «тем, кого прозвали Круша» — за характер или силу.