Фамилия Крякалова — женская форма от Крякалов, и её разбор стоит начать не с корня, а с модели образования. Суффикс -ов указывает на типичную русскую патронимическую или посессивную модель: «чей?» — «Крякалов». То есть в основе лежит личное прозвище или имя Крякал. Вопрос в том, что оно означало.

Прямое значение глагола «крякать» — издавать характерный звук, как утка. Прозвище Крякал могли дать человеку с хрипловатым, отрывистым голосом или с манерой разговора, напоминающей утиное кряканье. Это не обязательно было обидным — в деревне прозвища часто давали по заметной физической или речевой особенности, без злого умысла. В говорах слово «крякать» имело и дополнительные оттенки: в некоторых регионах так говорили о кашле, о скрипе плохо смазанной телеги, даже о лягушачьем кваканье. Соответственно, прозвище могло закрепиться за человеком с надсадным кашлем или за тем, кто работал с повозками.

Менее вероятная, но допустимая версия — связь с диалектным существительным «кряк» (устар. «утка-кряква»). В этом случае прозвище могло относиться к охотнику на уток, к птицеводу или просто к человеку, который держал уток. Однако звукоподражательная основа «кря-» в русских фамилиях чаще указывает на голос, чем на род занятий. Сравните с фамилиями Крячко, Крячков (от «крячать» — кричать, стонать) — они образуются по той же модели, но с другим суффиксом.

Географически фамилия Крякалов встречается нечасто, но прослеживается в центральных и северных областях России: в Вологодской, Костромской, Ярославской губерниях. Там же, в северных говорах, зафиксировано слово «крякать» в значении «стучать, греметь», что добавляет ещё один возможный оттенок прозвища — шумный, неуклюжий человек. В ономастических справочниках (например, у Б. Унбегауна) фамилии на звукоподражательной основе описаны как типичные для русского бытового прозвища, без привязки к конкретному сословию: Крякаловым мог быть и крестьянин, и мещанин, и церковнослужитель.

Таким образом, перед нами фамилия, которая берёт начало от живого, бытового прозвища, данного по голосу или поведению. Она не несёт в себе аристократического подтекста, зато сохраняет звуковой портрет предка — возможно, хрипловатого или говорливого человека, которого в деревне окликали Крякалом.