Фамилия Кулаковска — яркий пример того, как географический и языковой контекст меняет привычную русскую основу. На первый взгляд, её корень — «кулак» — кажется очевидным и отсылает к прозвищу Кулак. В русской традиции это прозвище обычно связывали либо с физической крепостью (кулак как «кремень, крепыш»), либо с манерой поведения — сжатый, скупой или, наоборот, драчливый человек. Однако в фамилии Кулаковска мы видим не типичный русский суффикс -ов, а польский суффикс -овск(а), который указывает на женскую форму фамилии в польском языке. Это значит, что перед нами не исходная фамилия, а её вариант, принадлежащий женщине; мужская форма в этой модели будет Кулаковски (Kulakowski).

Такая фамилия могла сформироваться у шляхты или крестьянства на землях бывшей Речи Посполитой — в современной Польше, Беларуси, Украине или Литве. Суффикс -овски/-евски в польской ономастике часто указывал на принадлежность к населённому пункту: например, Кулаково — село или хутор, откуда родом человек. В этом случае фамилия Кулаковска означала «та, что из Кулаково» или «дочь/жена Кулаковского». Прозвище Кулак в такой модели могло сначала стать названием места, а уже потом — фамилией.

Словообразовательная модель здесь двойная: сначала от прозвища Кулак (физически крепкий, коренастый человек) образовалось название владения или поселения, а затем — фамилия по этому топониму. В польском языке слово «kułak» тоже существовало, но в значении «кулак» как часть руки, а не «зажиточный крестьянин» — это значение появилось позже, в советскую эпоху, и к происхождению фамилии отношения не имеет. Поэтому версия о связи с «крепким человеком» или «кремнем» остаётся основной.

В отличие от русских фамилий на -ов, которые закреплялись за родом в целом, польские фамилии на -ски/-цки изначально были привилегией шляхты, но со временем распространились и среди других сословий. Фамилия Кулаковска, таким образом, могла принадлежать как обедневшему дворянину, так и крестьянину, взявшему фамилию по месту жительства. Встречается она и в современной России, что объясняется переселениями и смешением народов в XIX–XX веках, но её «польский след» выдаёт окончание -а, типичное для женских фамилий в польской грамматической традиции.