Фамилия Купчигин — один из тех случаев, когда внешне прозрачная основа может ввести в заблуждение. Кажется, что корень «купч» отсылает к торговле, купцам, но в русской ономастике всё чуть сложнее. Если бы фамилия была образована напрямую от слова «купец», мы бы увидели форму Купцов или Купчинов. Суффикс -игин здесь указывает на другую модель.

Скорее всего, в основе лежит прозвище Купчига. Слово «купчига» в русских говорах (особенно северных и сибирских) имело два значения. Первое — это мелкий торговец, перекупщик, который скупал товар по деревням и перепродавал с небольшой наживой. Второе, более редкое, — «жадный человек», «скряга». Прозвище давали не богатому купцу, а скорее прижимистому хозяину или тому, кто торговал по мелочи. Суффикс -иг(а) характерен для просторечных, иногда пренебрежительных имён (сравните: Шульга, Брызга, Верзига), поэтому Купчига — это не официальное звание, а уличное прозвище.

Фамилия образована по типичной для русского севера и центра модели: сначала от прозвища на -ига образовали притяжательное прилагательное с суффиксом -ин (Купчигин сын), которое затем застыло в форме фамилии. Это отличает Купчигина от фамилий с суффиксом -ов: если бы предка звали просто Купец, он стал бы Купцовым. А Купчигин — это потомок человека, которого в деревне называли Купчигой.

Географически фамилия встречается не повсеместно. Основные очаги — Вологодская, Архангельская области и Удмуртия. На Вятке и в Пермском крае тоже есть носители, что совпадает с зоной расселения северных русских говоров, где слово «купчига» было в ходу. В центральных и южных областях фамилия редка.

Интересно, что в некоторых переписях XIX века встречается вариант написания Купчегин — с буквой «е» в корне. Это не ошибка, а отражение местного произношения: «купчега» могло означать то же самое, что и «купчига», но с другим вокализмом. Со временем форма с «и» закрепилась как основная.

Таким образом, предок Купчигиных был не столько купцом первой гильдии, сколько мелким торгашом, скупщиком или просто запасливым крестьянином, получившим меткое прозвище. Фамилия хранит память не о богатстве, а о живой народной речи и быте северных торговых рядов.