Фамилия Кураколов — редкий пример, где на стыке корней возникло неожиданное значение. Её основа — прозвище Куракол. Слово составное: первая часть «кура» — диалектное название курицы (от общеславянского *kurа, ср. «кур» — петух); вторая — «кол», то есть заострённая палка. Получается «куриный кол» — звучит странно, но за этим стоит бытовая реальность.

Скорее всего, Кураколом в русских говорах называли человека, который делал жерди для курятников, насаживал кур на кол для ощипывания или просто сторожил птицу. В ономастике встречается похожая модель: фамилии Куракин (от курака — «курица»), Куролесов (от «куролесить»). Но Кураколов стоит особняком — суффикс -ов указывает на прямое отчество от прозвища отца: «сын Куракола».

География фамилии узкая. По данным переписей и телефонных справочников, основные очаги — Воронежская и Ростовская области, где были сильны южнорусские говоры. В этих краях «кура» как «курица» сохранялась дольше, чем на севере, где победило литературное «курица». Возможно, предки Кураколовых были крестьянами-птицеводами или плотниками, строившими курятники — колы для насестов были их ремеслом.

Спорных версий почти нет. Иногда пытаются связать фамилию с тюркским «курак» (сухой, высохший) или «кол» (рука), но это натяжка: русская словообразовательная модель с суффиксом -ов нехарактерна для заимствованных прозвищ без адаптации. Фонетически «Куракол» звучит как чисто славянское бытовое сложение, и правдоподобнее всего объяснять его через курицу и кол — без экзотики.

Написание фамилии устойчивое, без вариантов: Кураколов, а не Куракалов или Куракулов. Ударение падает на третий слог: Курако́лов. В документах XIX века, если бы они сохранились, её могли записать как «Кураколовъ» — с твёрдым знаком на конце, что подтверждает её позднее, послепетровское оформление в сословии государственных и помещичьих крестьян.