Фамилия Курсины — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка связано не с русским, а с тюркским или финно-угорским словом. Модель образования проста: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?»), а корень кур- — на прозвище предка Курса или Курся. Такие фамилии типичны для северных и центральных областей России, где -ин преобладает над -ов.

Самая вероятная версия возводит прозвище к тюркскому «курс» — «поясница, спина, крестец». В переносном смысле Курсой могли прозвать человека с широкой или мощной спиной, либо того, кто носил тяжести, нёс основную работу. В татарских и башкирских говорах «курса» также означало «живот, брюхо», откуда прозвище могло достаться упитанному человеку. Менее убедительна связь с русским диалектным «курс» — «глухарь» (из коми-зырянского «курöг» — «курица»), но это даёт лишь прозвище по птице, что встречается реже.

Другая гипотеза выводит основу из уменьшительной формы канонического имени Кирилл — Курся, через чередование Кирилл > Курка > Курса. Однако такая цепочка не подкреплена документальными источниками, а в русской антропонимии имя Кирилл обычно давало фамилии Кирилловы или Кирины, без тюркского следа. Поэтому версия с прозвищем по внешности или занятию правдоподобнее.

В исторических записях фамилия встречается крайне редко. Известны Курсины среди крестьян Вятской губернии (XIX век) — регион, где смешивались русские, татарские и марийские фамилии. Социально носители принадлежали к непривилегированным сословиям: дворянских родов Курсиных в гербовниках нет. Таким образом, фамилия Курсины — это осколок северного или волжского диалектного мира, где прозвище по физической черте или работе превратилось в фамилию, сохранившую память о тюркском или финно-угорском соседстве.