Фамилия Кустола — редкая и неочевидная для русского уха. Чтобы понять её происхождение, проще всего оттолкнуться от географического маркера. По модели образования она тяготеет к западноукраинским, польским или белорусским фамилиям, где суффикс «-ола» встречается чаще, чем в великорусских землях. В этом регионе основой могло стать слово «куст» — куст, заросли. Тогда Кустола — это прозвище человека, жившего у густого кустарника, в «кустоватом» месте, или, возможно, того, кто был коренастым, приземистым, похожим на куст.

Однако есть и вторая, более интригующая версия. В польском и украинском языках существует слово «kustosz» — хранитель, смотритель, особенно в церковном контексте (например, хранитель костёла или ризницы). Фамилия Кустола могла возникнуть как фонетический вариант от «Кустош» или «Кустоша» с заменой шипящего на плавный «л» — явление, хоть и не массовое, но встречающееся в народной этимологии. Если эта гипотеза верна, предок носителя фамилии был не просто сторожем, а человеком, отвечавшим за церковное имущество, книгами или утварью.

Словообразовательная модель проста: основа «кустол-» и окончание, типичное для украинских и польских фамилий, нередко оканчивающихся на -а. Суффикса «-ов» или «-ин» здесь нет, что сразу указывает на то, что фамилия не прошла через стандартную русскую патронимическую обработку. Это скорее прозвищная фамилия, застывшая в форме именительного падежа.

В сословном отношении Кустолы, скорее всего, относились к крестьянам или мещанам. Дворянские роды с таким окончанием — большая редкость, и в исторических документах фамилия почти не встречается. Спор между версиями «от куста» и «от хранителя» решается в пользу первой — она проще и типичнее для народного прозвища. Но вторая добавляет фамилии глубины, связывая её с церковной службой.