Фамилия Кужалькова — женская форма от Кужальков, и её разговор стоит начать с суффикса. Модель на -ов указывает на типичную русскую патронимическую или прозвищную фамилию: Кужальк(о) + ов. Но в основе лежит не имя, а прозвище — Кужалько. Такая форма с суффиксом -к(о) характерна для украинской, белорусской и южнорусской традиции: она уменьшительная или пренебрежительная. Получается, что предка могли звать Кужалько — «маленький кужаль» или «похожий на кужаля».

Что такое «кужаль»? Это диалектное слово, распространённое в западных и южных говорах (брянских, смоленских, украинских, белорусских). Кужаль — это кудель, пучок льна или пеньки, приготовленный для прядения. То есть прозвище Кужаль мог получить либо человек, занимавшийся обработкой льна, — чесальщик, прядильщик, — либо тот, кого за внешность или характер сравнивали с клочком кудели: например, лохматый, растрёпанный или мягкотелый.

Географически фамилия Кужальков/Кужалькова тяготеет к западу России и востоку Беларуси. Встречается в Смоленской, Брянской, Псковской областях, а также в Могилёвской и Витебской областях Беларуси. Это не столичная фамилия, а деревенская, связанная с крестьянским бытом, где прядение льна было повседневным занятием.

Редкость фамилии в том, что она сохранила диалектную основу, почти исчезнувшую из литературного языка. В академических словарях слово «кужаль» фиксируется как областное, а в современной речи его вытеснила «кудель». Поэтому Кужалькова — живой след народного говора, застывший в фамилии. Сословно предки, скорее всего, были крестьянами или ремесленниками, связанными с льнопрядением, но точных документальных подтверждений этому нет — фамилия не попала в дворянские родословные книги и не упоминается в ранних боярских списках.

Можно сравнить с однокоренными фамилиями: Кужалев, Кужаль, Куделькин, Куделин. Все они восходят к той же теме — обработка льна. Но Кужалькова выделяется суффиксом -к(о), который придаёт прозвищу личный, почти семейный оттенок: Кужалько — «наш кужаль, свой». В итоге фамилия говорит не о знатном происхождении, а о повседневном труде и языке, на котором говорили в деревне.