Фамилия Кузовы — одна из тех, что образована от прозвища, а не от крестильного имени. В её основе лежит слово «кузов»: так называли короб из лыка или бересты, лукошко, корзину, а также гнутый лубочный улей, который вешали на деревья вместо борти. Прозвище Кузов могли дать по роду занятий. Самые вероятные версии: плетельщик корзин, пчеловод, державший ульи-кузова, или коробейник — разносчик товаров, ходивший с кузовом наперевес. Все три занятия были распространены в крестьянской среде, поэтому фамилия встречается в разных регионах, не привязываясь к одной местности.

Словообразовательная модель проста: прозвище Кузов перешло в фамилию без изменений, а форма Кузовы — это уже множественное число, типичное для обозначения целого рода или семьи. Такая модель (прозвище → фамилия без суффикса) встречается реже, чем патронимы на -ов/-ев, и указывает на то, что прозвище закрепилось за человеком как основное именование ещё до того, как фамилии стали массово оформляться суффиксами. В словаре Б. Унбегауна «Русские фамилии» подобные примеры отнесены к древнейшему пласту — так называемым «прозвищным» фамилиям, которые фиксировались в документах уже в XV–XVI веках.

О точном времени и месте возникновения фамилии Кузовы можно говорить только после серьёзных генеалогических изысканий. Процесс формирования фамилий был длительным, и в разных губерниях одна и та же основа могла дать начало самостоятельным, не связанным родством ветвям. Однако в любом случае фамилия Кузовы — самобытный памятник славянской культуры, сохранивший память о ремесле или бытовой детали, которая была привычна для предков.