Происхождение
Фамилия Лабунова
Фамилия Лабунова — женская форма от Лабунов, и её разбор стоит начать с суффикса, а не с корня. Модель на -ов(-а) указывает на принадлежность: Лабунов — это сын или потомок человека по прозвищу или имени Лабун. Но что скрывается за этой основой? Здесь есть несколько версий, и самая прямая связана с диалектным словом «лабун» — так в некоторых русских говорах называли болтуна, пустомелю или льстеца. Слово происходит от глагола «лабунить» (говорить вздор, лесть), а тот, в свою очередь, родствен «лабать» в значении «болтать языком». Если предок был многословным или любил приукрасить, прозвище Лабун закрепилось бы за ним быстро.
Вторая версия отсылает к географическому названию. В Беларуси и на западе России есть топонимы вроде Лабуны или Лабуново — деревни, названные по фамилии первопоселенца или по местной речушке. В таком случае Лабунов мог означать «выходец из Лабунов», что типично для крестьян, переселявшихся после отмены крепостного права и получавших фамилию по прежнему месту жительства. Эта версия правдоподобна, если учесть, что фамилия нередко встречается на Смоленщине и в Брянской области — регионах, где много белорусских корней.
Третья, более редкая гипотеза, связывает Лабуна с календарным именем Аполлон: в народной переделке оно могло сократиться до Лабун или Лабон. Но это объяснение слабое, поскольку фонетический переход от «Аполлон» к «Лабун» нехарактерен для русской традиции, и его не подтверждают авторитетные словари (например, у Б. Унбегауна или В. Никонова подобные примеры отсутствуют). Поэтому основным остаётся прозвищное происхождение от «лабун» — болтун или льстец.
Социальный контекст фамилии типичен для крестьянской и мещанской среды: суффикс -ов в сочетании с прозвищем на -ун (сравните: говорун, весельчак) образует фамилию, которая не указывает на дворянское происхождение, а скорее фиксирует характер человека. В дореволюционных записях Лабуновы встречаются среди государственных крестьян центральных губерний. Ударение в фамилии плавающее: одни произносят Лабунова с ударением на «у», другие — на второе «о», что зависит от местной традиции.