Фамилия Лаптенков — одна из тех, где прозрачная основа скрывает неожиданный поворот в словообразовании. В её центре лежит прозвище Лапоть, а «лаптями» на Руси называли плетёную обувь из лыка или бересты. Такая обувь была повседневной в деревнях вплоть до 1930-х годов, так что прозвище было понятным и распространённым. Чаще всего его давали не тому, кто просто носил лапти, а мастеру, который их плёл, — ремесленнику, чья работа была на виду у всей округи. Это «профессиональное» прозвище, как Кузнец или Мельник, только привязанное к конкретному деревенскому промыслу.

Однако ключевая особенность фамилии не в основе, а в суффиксе. Если бы фамилию образовали напрямую от прозвища Лапоть, мы бы получили Лаптев — и такие фамилии действительно существуют. Но Лаптенков использует более сложную модель: сначала от Лапоть образовали уменьшительную или уничижительную форму Лаптенок («маленький лапоть» или «сын лапотника»), а уже от неё по стандартной схеме «-ов» появилась фамилия. Такая цепочка — прозвище → патроним на «-енок» → фамилия на «-ов» — типична для южнорусских и украинских говоров, где суффикс «-енко» обозначал потомка. В русском языке «-енок» чаще указывал на детёныша или молодого человека, поэтому Лаптенков могло означать «внук или сын Лаптя» либо «младший в семье лапотников».

В ономастических справочниках эта фамилия не относится к числу частых, но встречается преимущественно в центральных и южных областях России, что косвенно подтверждает южнорусский след в её образовании. Параллельно бытуют однокоренные варианты Лаптев, Лаптевский и Лаптенко — последний напрямую сохранил украинскую форму без наращения «-ов». Таким образом, Лаптенков — не просто указание на ремесло предка, но и живая иллюстрация того, как региональные языковые привычки меняли облик одной и той же основы.