Фамилия Леписей — одна из тех, что ставит исследователя в тупик с первой буквы. В ней нет ни типичного русского суффикса -ов/-ев, ни -ин, ни -ский. Окончание -ей характерно для белорусских и украинских фамилий, образованных от прозвищ или профессий (как Коваль, Гончар, Косарь). Таким образом, Леписей — это застывшее прозвище, которое не склонялось по падежам, а позже закрепилось как фамилия.

Ключ к разгадке — корень «леп-». В древнерусском и украинском языках «лепити» означало «лепить», «создавать из глины». Отсюда «лепень» — глиняная посуда, а «лепей» — тот, кто её делает, гончар. Однако есть и вторая, более редкая, версия: в некоторых южнорусских говорах «лепея» называли лепёшку, пресный хлеб. Тогда Леписей мог быть прозвищем пекаря или торговца хлебом. Обе версии правдоподобны, но первая (гончар) кажется более убедительной, так как суффикс -ей в украинских прозвищах чаще указывает на деятеля по ремеслу.

География фамилии подтверждает её западнорусское происхождение. Леписей встречается в основном в Беларуси (особенно в Могилёвской и Гомельской областях) и на границе с Украиной — в Брянской и Смоленской областях России. Это зона, где исторически смешивались восточнославянские диалекты, и фамилии на -ей были обычным явлением. В центральной России такая форма практически не встречается.

Интересно, что фамилия не даёт сословной привязки: гончары были и среди крестьян, и среди ремесленников в городах. Скорее всего, предок Леписей был мастеровым человеком, чьё прозвище — «лепей» — со временем закрепилось за его потомками без изменений. В паспортизации XIX века, когда крестьянам массово присваивали фамилии, форма Леписей могла быть записана именно так, как её произносили в быту, без попыток русифицировать окончание.

Сравните с фамилиями Лепёшкин, Лепендин — они явно того же корня, но с русскими суффиксами. Леписей же сохранил архаичную, почти диалектную форму, что делает его ценным свидетельством местного словообразования.