Фамилия Лепорки — редкая, и её разбор требует нестандартного подхода. Самое интересное здесь — окончание. В русской фамильной системе суффикс «-ки» почти не встречается в чистом виде, и это сразу выдаёт в фамилии нечто особенное. Скорее всего, перед нами не исконно русская, а полонизированная или белорусская форма, либо же фамилия, записанная на слух и застывшая в нестандартном виде.

Основа — «Лепор» — может восходить к польскому слову «lepor» (заяц), но в польском это слово книжное и редкое. Гораздо вероятнее, что в основе лежит прозвище от глагола «лепорить» (говорить вздор, болтать) или от диалектного «лепорка» — так в некоторых русских говорах называли болтушку, пустомелю. Тогда фамилия образована по модели «прозвище + суффикс принадлежности», но нестандартно: не «Лепоркин» (чей? — сын Лепорки), а «Лепорки» (чей? — из рода Лепорков, но во множественном числе). Такая форма характерна для украинских и южнорусских фамилий на «-ко», которые потом могли переоформиться в «-ки» под влиянием польской или белорусской традиции.

Ещё одна версия: фамилия могла возникнуть от названия населённого пункта вроде Лепорки или Лепорово, но таких топонимов в доступных источниках не зафиксировано. Если же отталкиваться от распространения, то носители фамилии Лепорки встречаются в основном в западных регионах России и в Беларуси, что подтверждает версию о польско-белорусском влиянии.

Социальный контекст: фамилия недворянская, не от вотчины, а от личного прозвища. Предок мог быть человеком с живым языком — говорливым, может быть, даже сплетником, но без злого умысла. В крестьянской среде такие прозвища давали за характер, а не за ремесло. В итоге фамилия Лепорки — это не про зайцев, а про словоохотливого предка, чьё прозвище закрепилось в необычной грамматической форме.