Фамилия Летанин звучит как типичная «семейная» русская фамилия, но её происхождение не лежит на поверхности. Словообразовательная модель проста: суффикс -ин указывает на принадлежность, то есть «чей?» — «сын Летани». Вся загадка — в основе Летаня. Здесь возможны два совершенно разных пути, и оба по-своему убедительны.

Первый вариант ведёт в церковный календарь. Имя Летаня могло быть простонародной, сокращённой формой крестильного имени Мелетий (от греческого «мелето» — заботливый). В таком случае фамилия Летанин — это «сын Мелетия», а её носитель, скорее всего, потомок человека, которого в быту звали не полным именем, а ласково: Летаня. Церковь почитает нескольких святых с этим именем: от архиепископа Антиохийского до мученика Стратилата, что делало имя Мелетий известным на Руси.

Вторая версия — коренная, славянская, и она кажется более живой. Глагол «летать» в старых говорах имел переносное значение: «быстро двигаться, бегать, ловко работать». Прозвище Летаня могли дать непоседливому, расторопному человеку, который всё делал наскоком и в движении. Или же это было имя-оберег, данное ребёнку «по сезону» — родившемуся летом, в пору «лёта». Такие «календарные» прозвища (Зима, Вешняк) были в ходу в деревнях.

Кстати, одно из реальных упоминаний фамилии подтверждает её крестьянские корни. В архивах УВД Курганской области значится Летанин Емельян Филиппович, 1888 года рождения, из деревни Лебяжье Мишкинского района. Это указывает на регион бытования фамилии — Зауралье, где она могла закрепиться именно в крестьянской среде.

Какая из версий верна? Обе имеют право на жизнь. Церковная версия объясняет «книжное» происхождение имени, но прозвищная — прозрачнее для русского уха. Вполне возможно, что в разных родах Летаниных фамилия возникла независимо: где-то от деда Мелетия, а где-то от шустрого соседа Летани.