Фамилия Лопасин — одна из тех, чей корень на слуху, но значение не лежит на поверхности. В основе лежит слово «лопасть» или «лопата», но путь от этого корня до фамилии не прямой — через прозвище или профессиональное имя. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Лопасин буквально означает «сын Лопасы» или «из семьи Лопасы». А вот что такое Лопаса — вопрос.

Самый вероятный вариант: Лопасей могли прозвать человека с широкими, крупными ступнями или ладонями — «лопастого», то есть похожего на лопату. В русских говорах слово «лопаса» (или «лопасть») нередко означало и нечто широкое, плоское. Второй вариант — прозвище по занятию: мастер, который делал лопаты или работал с лопатой (землекоп, печник, строитель). Третий, более редкий, связан с диалектным «лопасить» — болтать, пустословить. Тогда Лопаса — болтун или сплетник. Из этих трёх версий наиболее правдоподобна первая: фамилии от физических особенностей в русской среде встречаются чаще, чем от орудий труда.

Интересно, что фамилия Лопасин встречается реже, чем её «двойники» Лопатин и Лопаткин. Суффикс -ин здесь необычен: если бы основой было слово «лопата», мы бы ожидали Лопатин (по модели «борода — Бородин»). Наличие именно Лопасина наводит на мысль, что прозвище было образовано не напрямую от «лопаты», а через уменьшительную или пренебрежительную форму — Лопаса. Это характерно для северных и сибирских говоров, где такие формы встречались чаще, чем в центральной России.

По географии фамилия разбросана, но заметна на юге России — в Воронежской, Ростовской областях, а также в Поволжье. В документах XVIII–XIX веков Лопасины фигурируют как крестьяне и мещане, без устойчивой привязки к одному уезду. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано — это однозначно фамилия простого сословия, возникшая в среде, где прозвище было рабочим и бытовым.

Сравните с однокоренными: Лопатин (от «лопата» — предмет), Лопаткин (от «лопатка» — часть тела или инструмент), Лопасин (от прозвища Лопаса). Разница в суффиксе и основе говорит о том, что предки Лопасиных получили своё прозвище не за то, чем владели, а за то, как выглядели или как их дразнили. Это делает фамилию не столько профессиональной, сколько характерологической — описывающей человека через внешность или поведение.